Электронный журнал BioDat
|
| |
Экологические последствия вступления России во Всемирную Торговую
Организацию (ВТО)
А.А. Тишков
Устойчивое развитие страны, создание эффективной экономики и равноправие
в торговле с учетом национальных интересов при сохранении здоровой конкуренции
– вот основные направления, поддерживаемые ВТО ее заинтересованными членами.
Это же привлекает в ее ряды новых членов, которые видят в ВТО не столько
механизм глобализации экономики, сколько «поле» корпоративного взаимовыгодного,
но регламентированного, взаимодействия в условиях становления либерального
мирового рынка. К середине 2003 г. членами ВТО были 146 стран. Россия
ищет свои пути присоединения к ВТО, ведет постоянные переговоры по созданию
определенных условий для страны, чья экономика находится в «переходном»
состоянии, имеет «сырьевой» дисбаланс и не всегда может адекватно реагировать
на открытие внутренних рынков, международные тарифы, стандарты, регулирование
режима торговли и пр. Но если в отношении экономических издержек и выгод
присоединения России к ВТО идет оживленная дискуссия, проводятся аналитические
исследования, результаты которых включаются в переговорный процесс, то
экологические аспекты дискутируются слабо, мало освещаются в СМИ и чаще
отдаются на откуп антиглобалистам и «зеленым». Сам статус России «наблюдателя
в ВТО» подразумевает определенную стадию присоединения к этой организации,
а, следовательно, те 5-7 лет, отведенные на данных процесс – это и период
ограниченного влияния ВТО на экономические и экологические проблемы в России.
Но вопрос о разнообразии и глубине экологических последствий присоединения
России к ВТО пока остается без ответа [5,9].
Цель статьи - концептуальное обоснование анализа экологических последствий
вступления России в ВТО, их выявления и обсуждении для организации мониторинга
и разработки соответствующих рекомендаций.
По оценкам специалистов Минэкономразвития России и Администрации Президента
Российской Федерации, неоднократно озвученным самим В.В. Путиным, страна
может вступить в ВТО уже в 2004 г. В тоже время, генеральные направления
переговоров находятся сейчас на разной стадии подготовки. Больше всего
оказались продвинутыми вопросы доступа на российский рынок товаров и услуг.
Наименее разработанными оказались вопросы тарифной политики, приведение
законодательства России в соответствии с требованиями ВТО и регулирование
аграрного сектора. Известно, что на переговорах в Женеве на Рабочей группе
ВТО по России в 2003 г. рассматривалась уже 3-а версия доклада по условиям
присоединения нашей страны к ВТО. На ней одобрено свыше 70% позиций доклада,
но сохранилась необходимость продолжения переговоров с ЕС, Китаем и США
[9]. Экологические аспекты проблемы как раз формируются при двустороннем
согласовании проблем международной торговли, а экологический фактор постоянно
используется в т.н. «торговых войнах». По данным Минэкономразвития России
уже 26 стран приняли более 130 ограничительных мер по ввозу российских
товаров и услуг на свои рынки, в т.ч. по экологическим критериям [9].
В качестве гипотезы и направления анализа выдвигается следующее положение.
С правовой точки зрения ВТО представляет собой многостороннее
соглашение, регламентирующее около 97% оборота мировой торговли товарами
и услугами. Соответственно формирование современных экологических кризисных
проблем глобального, регионального и местного значения спровоцировано и
происходит под непосредственным и косвенным влиянием действующих соглашений
ВТО.
Поэтому, как и в случае с экономическими показателями, для национальных
экологических характеристик новых участников ВТО еще в период подготовки
к их вступлению в эту организацию важно установить «BASELINE» по мониторингу
экологических последствий. Например, вряд ли можно заключить,
что в Эквадоре и Болгарии, вступившие в ВТО в 1996 г., экологическая обстановка
улучшилась, а Монголия и Киргизия, присоединившиеся к ВТО в 1998
г. получили дополнительные возможности для охраны природы. В основе сравнения
«до и после» должен быть анализ изменений прямых (например, площадь лесов
и других естественных экосистем, выбросы в атмосферу и уровень загрязнения
окружающей среды, сброс неочищенных сточных вод и состояние внутренних
водоемов, запасы биологических ресурсов и пр.) и косвенных эколого-экономических
показателей (например, (энергоемкость производства, удельные показатели
ресурсопользования и пр.). В отношении таких процессов глобализации, как
«механизм ВТО» и декларируемое недискриминационное регулирование мирового
рынка, важно рассмотрение «причинно-следственных цепочек» и «каскадного
эффекта» от изменения тарифов, открытия рынка, конкуренции товаров,
внедрение стандартов, норм, антидемпинговых мер, дополнительного контроля,
возможность международной инспекции и пр.
Ниже мы более детально рассмотрим некоторые сценарии «поведения» (реакции)
хозяйства, управления, системы охраны природы и природных экосистем
на изменения рынка при вступлении России в ВТО. Здесь же остановимся только
на отдельных иллюстративных примерах.
Соглашение ВТО по сельскому хозяйству, регулирующее торговлю продуктами
аграрного производства и механизмы применения государственных мер ее регулирования,
может в случае присоединения страны к ВТО, привести к расширению пашни
в благоприятных для аграрного производства регионах и к ее забрасыванию
в зоне рискового земледелия. Проследить эту «цепочку» последействия полезно
для оценки явного ущерба экономике и охране природы и для включения механизма
превентивных мер – создание экосетей в староосвоенных аграрных регионах,
перепрофилирования производства в неперспективных в отношении сельского
хозяйства регионах и др.
Соглашение ВТО по применению санитарных и фитосанитарных норм,
регламентирующее процедуры санитарного и фитосанитарного контроля. Присоединение
к ВТО может изменить структуру экспорта лесной продукции, который в России
пока ориентирован в основном на приграничную торговлю круглым неошкуренным
лесом. Этим Соглашением создается дополнительный позитивный эффект
в карантинных мерах по сокращению инвазий чужеродных видов.
В рамках этого Соглашения решаются и многие вопросы рынка аграрной продукции,
полученной с использованием достижений генной инженерии (ГМ). Россия –
одна из стран мира, в которой разработана и действует достаточно стройная
и эффективная система оценки ГМ-культур на безопасность. Она укрепилась
в 2002 г. после вступления в силу Постановления Правительства №26 от 18
января 2002 г. «О государственной регистрации кормов, полученных из генно-инженерно-модифицированных
организмов (ГМО)». Но вполне вероятен сюжет, когда после присоединения
к ВТО система регламентации (включая экспертизу, регистрацию, испытания,
включение в Реестр и пр.), несмотря на ее соответствие мировой практике
по контролю ГМО и трансгенных сортов будет рассматриваться как ограничение
продвижения данной продукции на российский рынок. Это касается и пищевых
продуктов из ГМ-источников. Среди возможных экологических последствий -
генетическое загрязнение природного генофонда (например, в регионах произрастания
диких сородичей сои, пшеницы и пр.), возможный рост угрозы здоровью населения
и пр.
Соглашение по процедурам импортного лицензирования. При установлении
определенных барьеров на пути товаров и услуг, в т.ч. по экологическим
стандартам, может привести к ускоренному, экологически неоправданному расширению
соответствующих производств в России для приведения товаров и услуг в соответствие
с новыми требованиями. Так, необходимость повышение качества экспортных
нефтепродуктов приводит к увеличению загрязнения среды вокруг нефтехимических
производств и рост заболеваемости местного населения.
Соглашение по техническим барьерам в торговле, определяющее условия
применения регламентов, процедур сертификации и пр., может повлиять на
сохранение уровня и даже расширение масштабов «грязного производства» в
России, что связано с отсутствием механизма препятствующего формированию
«двойных экологических стандартов».
Генеральное соглашение по торговле услугами (ГАТС). Эта сфера в России
находится на стадии становления и абсолютно не адаптирована к либерализации
рынка. Именно в этом направлении можно ожидать позитивные экологические
последствия в случае открытия для иностранных операторов «богатых»,
но остающихся монополизированными рынков экологических услуг,
как
жилищно-коммунальное хозяйство (ЖКХ), очистка коммунальных стоков,
снижение уровня загрязнения воздуха, экологический консалтинг и др. Причем,
опыт участия иностранных операторов в этой сфере, в т.ч. на рынке ЖКХ,
имеется.
Наконец, Генеральное Соглашение о тарифах и торговле (ГАТТ). Под
него не попадают прямые меры политики стран-членов ВТО, касающиеся охраны
окружающей среды, здоровья населения и защиты живой природы. Но в рамках
выполнения требований этого Соглашения в России может существенно нарушиться
сложившийся макроэкономический баланс, базирующаяся на «внутренних ценах»
на сырье, топливо, энергию и транспорт, а также тарифная система, защищающая
отечественного товаропроизводителя и экспортера. Как условие сценария неадаптированное
присоединение России к ГАТТ не рассматривается
Концептуальные позиции анализа последствий вступления России в ВТО
Водораздел дискуссии сторонников скорейшего присоединения России к ВТО
и его противников пролегает не по «экологическим последствиям», а, прежде
всего, по экономическим и социальным. Принятие Россией новых жестких обязательств
по приведению национального законодательства и экономической практики в
соответствие с нормами и правилами ВТО, а также согласование своих
индивидуальных обязательств по либерализации доступа на рынок товаров и
услуг, несомненно, приведет к некоторым издержкам и негативным последствиям
для экономики и населения. Важно только сделать этот эффект как можно более
краткосрочным и предсказуемым, а значит – управляемым. Далеко не все экономические
издержки окажут негативное влияние на экологические проблемы – скорее,
наоборот, по ряду направлений сельского и лесного хозяйства, а также промышленности,
ожидается после присоединения к ВТО снижение нагрузок на природу. Другое
дело – социальные последствия – например, рост безработицы, уровня бедности
и ухудшение качества жизни – как последствие открытия рынка более конкурентоспособным
товарам и услугам. Они, как правило, приводят к расширению браконьерства,
в т.ч. «сельского», росту нагрузок на биоресурсы со стороны местного населения,
расширению конфликтов при принятии экологических регламентов и при создании
новых охраняемых природных территорий.
Перечислим некоторые концептуальные направления нашего анализа.
С ВТО или без ВТО? В России идут такие серьезные перестройки экономики,
ориентированной, по-прежнему, на региональное сотрудничество и не столь
глобализированной, что они перекрывают возможные эффекты от вступления
в ВТО. Поэтому, степень детализации и сама концепция анализа последствий
должна быть направлена на выявление возможных структурных изменений в формировании
конкретных проблем в конкретных регионах (это показали и результаты 80
региональных семинаров, проведенных по теме вступления России в ВТО [9].
Коренные изменения в экономике ожидаются в тех сферах, где прямые последствия
для охраны природы незначительны (тарифы, инвестиционные меры, таможенная
оценка, режимы торговли и разрешения споров и пр.). На современном этапе,
на наш взгляд, возможные последействия для экономики от вступления России
в ВТО ниже, чем от «внутренних» процессов, таких как ее современная ориентация
на «грязный подъем экономики», изменение структуры энергетического сектора
(увод части добываемого газа с внутреннего рынка на внешний с более высокими
ценами) и пр. Вопрос также может быть и прямым - восприимчива
ли структура экономики и ее экологических издержек России к вступлению
в ВТО? Да, в случае, если будут введены сразу базовые требования
ВТО – выравнивание цен на энергоносители на внутреннем рынке по сравнению
со сложившимися мировыми ценами, резкое неадаптационное снижение уровня
дотаций национальному аграрному производству и пр. В России итак более
30% населения в последние годы живет за чертой бедности, а просто бедных
- половина. Кроме того, 15 млн. живет исключительно натуральным хозяйством
[3] и браконьерством.
Есть ли среди документов ВТО документы, недопустимые для России с экологических
позиций? По-видимому, таких документов, соглашений и условий вступления
нет. Хотя, последовательность действий по вступлению и переговорный
процесс показывает приближение страны к возможности признания общих
и конкретных принципов присоединения. На каждый шаг, способный дать негативный
эффект в экономике нового члена ВТО, имеются противодействия (например,
механизмы защиты внутреннего рынка при демпинге или применении иностранных
субсидий). Созданный в ВТО в 1995 г. Комитет по торговле и окружающей среде
в отсутствии специального соглашения ВТО по вопросам экологии, следит за
этим.
Не повлияет ли расширение деятельности российских инвесторов в странах-членах
ВТО на экологическую обстановку в Северной Евразии? Разновременность
присоединения стран к ВТО в отсутствии реального контроля со стороны гражданского
общества создает возможности для «блуждающей» экспансии экологически
вредных технологий и действий. Например, крупные российские нефтяные
и энергетические компании достаточно агрессивны и имеют инвестиционные
амбиции (например «Лукойл» на Каспии, РАО ЕЭС – в Закавказье). При этом
в странах Восточной Европы, Центральной Азии, Кавказа они не обременены
необходимостью «экологического имиджа». Особенно остро этот вопрос стоит
в отношении России и стран СНГ, вступающих в ВТО, о чем говорилось
и на Сессии межгосударственного экологического совета (МЭС) стран СНГ 15-16
ноября в Ереване. Примеров в этой области достаточно - трансграничная
транспортировка нефти и газа, эксплуатация АЭС, добыча нефти, межрегиональная
переброски части речного стока.
Возможны ли превентивные действия по снижению эффекта негативных последствий
для природы России после ее вступления в ВТО? Вопрос касается как разработки
программы поэтапного вступления России в ВТО, так и отраслевых стратегий
и планов действий министерств и ведомств природно-ресурсного блока. Поэтому
можно заключить, что такие действия возможны и должны быть реализованы
в ближайшее время с привлечением общественности. Включение в глобальную
рыночную политику скажется, в первую очередь, на таких природно-ресурсных
отраслях, как ТЭК, лесное, сельское и рыбное хозяйство, а в ближайшей перспективе
- на водно-экспортной отрасли, реализации требований Киотского протокола
и др. Но не менее существенными будут возможные изменения и в отраслях,
которые оказывают негативное воздействие на окружающую среду через атмосферные
выбросы и сбросы загрязненных веществ в водоемы, в т.ч. траснсграничные.
К сожалению, современное российское законодательство имеет явные «лоббистские»
отраслевые корни, которые создают диспаритет внимания государства, а сами
отрасли находятся на разных ступенях подготовки к вступлению в ВТО. Поэтому
и последствия в них проявится неодинаково.
В целом, тенденции последних лет, когда наблюдается явный возврат к
«экономическим идеалам» России середины 90-х гг. - гиперболизированное
развитие добывающих отраслей, все больше убеждает автора в том, что
вступление России в ВТО может закрепить за ней статус одной из «сырьевых
баз» планетарного масштаба. Первично декларируемые цели интеграции
страны в мировой рынок никак не подтверждаются системой ее внутренней и
внешней политики. Пока из всей совокупности действий страны в отношении
вступления в ВТО и политических деклараций в этом направлении вырисовывается
два четких направления. Первое – идея скорейшего вступления в ВТО, пролоббированная
добывающими и топливно-энергетическими отраслями, исключительно конкурентоспособными,
имеющими устойчивые рынки сбыта и благоприятный текущий ценовой режим в
мире на энергоносители. Второе - оформилось в последние месяцы 2003
г., когда стало очевидно, что ВТО для России имеет значение лишь как
«имидж-знак», снимающий последние штрихи с портрета страны, торгующей не
по правилам, мало заботящейся о своей природе и природных ресурсах,не учитывающей,
в отличие от других стран, в макроэкономических показателях развития экологические
издержки. Ведь глобальный рынок – это еще и глобальное разделение труда,
где свободная и недискриминационная конкуренция приводит к специализации
национальных экономик. В этой ситуации, за Россией с ее 65%
ненарушенных природных экосистем и 26% всех девственных лесов планеты было
бы логично закрепить функции выполнения глобальных «экосистемных
услуг» при развитии высокотехнологичного производства и сохранение высокого
научного потенциала. Но их рынок только начинает набирать обороты и на
Россию в нем приходится доля непропорционально низкая, не соответствующая
ее реальному вкладу в глобальную биосферную устойчивость.
Выделим позиции, отражающие экологическую ситуацию и возможный эффект для
нее от социальных и экономических последствий вступления России в ВТО (Табл.
1).
Таблица 1. Примеры влияние возможных негативных социальных и экономических
последствий вступления России в ВТО на экологическую ситуацию в стране
|
Прогнозируемые при вступлении России в ВТО процессы
|
Возможные социальные и экономические последствия для России
|
Примеры возможных негативных экологических последствий
|
| Гармонизация законодательства в т.ч. природоохранного, соответствии
с требованиями ВТО |
Рост себестоимости отечественного производства и возможное
снижение конкурентной способности, новые регламенты для выхода на глобальные
рынки отечественных производителей, банкротство отдельных производств,
вытеснение российских фирм с рынка – снижение занятости и рост бедности,
социальной напряженности |
Ухудшение ситуации в случаях, когда международные стандарты
«мягче» отечественных. Возможный рост нагрузок на природные ресурсы, в
т.ч. биоресурсы, при ослаблении законодательства по контролю за экспортом.
Рост браконьерства и нагрузок на биоресурсы в регионах, охваченных безработицей
и бедностью. |
| Внедрение системы международных стандартов, сертификации
(ИСО, МЭК и др.) и пр. |
Включение экологического фактора в конкурентные отношения
товаропроизводителей. Экологизация производства, удорожание товаров отечественных
производителей и вытекающие отсюда экономические и социальные последствия |
Ухудшение ситуации в случаях, когда международные стандарты
«мягче» отечественных. Расширение спектра природоохранных стандартов и
сфер, требующих экологической сертификации товаров и услуг; возможное внедрение
стандартов с более низкими требованиями к качеству среды |
| Либерализация торговли, открытие рынка для иностранных инвесторов |
В отсутствии системы защиты национальной экономики и компенсационных
механизмов – резкий скачек межгосударственного перераспределения природной
ренты (импорт из России), вытеснение отечественных производителей и товаров.
Сохранение отраслевого дисбаланса за счет предпочтения иностранных
инвесторов в добывающий сектор |
Рост нагрузок на природные экосистемы и биоресурсы в районах
нового освоения. Увеличение на рынке доли дешевых экологически небезопасных
товаров, в т.ч. инициированный и участием ВТО крупномасштабный выход на
мировые рынки генетически модифицированных культур и пищевых продуктов
и добавок, полученных из ГМО. |
| Ограничение размеров экспортных пошлин и тарифов на товары
и услуги, их отмена в перспективе |
Возможное сокращение поступлений в бюджет, формирующих
их расходную часть, в т.ч. используемую на социальные нужды. Открытие рынка
для дешевых часто некачественных и экологически небезопасных товаров
и услуг. Вытеснение с рынка российских фирм и производств. |
Рост нагрузок на биоресурсы на локальном уровне. Нерегламентированное
распространение экологически небезопасных товаров и услуг. Возможный
экспорт эколого-опасных технологий и производств |
| Сокращение государственных субсидий для агросектора |
Рост импорта товаров аграрного производства |
Снятие аграрных нагрузок на территориях рискованного земледелия.
Интенсификация аграрного производства в староосвоенных регионах. Сокращение
доли природных и полуприродных экосистем в агроландшафте. Расширение в
России рынка ГМ-культур и пищевых продуктов и добавок, полученных из ГМИ |
| Сокращение государственной поддержки отечественных
производителей |
Рост производства в добывающей отрасли, сохранение в экономике
отраслевого дисбаланса с приоритетом сырьевых отраслей, имеющих устойчивый
рынок сбыта, рост доли сырья в импорте, в т.ч. природного газа и нефти.
Рост иностранных инвестиций в экономику. Выход иностранных операторов на
внутренний рынок услуг в области охраны окружающей среды, в т.ч. ЖКХ, экологический
консалтинг, экологический аудит и пр. |
Чрезмерная эксплуатация природных ресурсов, рост антропогенных
нагрузок на природные экосистемы районов нового освоения и районов транспортировки
нефти и газа, рост загрязнения природной среды, сохранение технологически
устаревших эколого-опасных производств, лоббирование интересов иностранных
добывающих компаний в районах нового освоения по экологическим критериям |
Наиболее четко экологические аспекты в деятельности ВТО были сформулированы
в Декларации Министров (Доха, 9-14 ноября 2001 г.). Там же было предложено
странам сделать «национальные оценки экологических последствий»
вступления в ВТО, чтобы оценить влияние либерализации рынка на окружающую
среду.
Экологический фактор может стать препятствием для устранения протекционизма
(регламенты для рынка продукции, которая экологически не сертифицирована,
получена на экологически загрязненных территориях, без соблюдения экологических
стандартов и нормативов). Стимул ускорения экономического роста через ВТО
превращается в фактор, закрепляющий де-факто, антиэкологичную макроэкономическую
структуру.
Понятны опасения международной общественности в отношении экономических
и экологических издержек развивающихся стран. ВТО углубляет структуризацию
и способно в отсутствии механизмов противодействия усилить процессы
маргинализации их населения. А для России это – прямой сигнал к хищнической
эксплуатации местных биологических и земельных ресурсов. Для того чтобы
страна без потерь для национальной природы воспользовалась всеми преимуществами
интеграции в международную систему торговли и глобальную экономику, требуется
ее включение в систему глобальной компенсации, в т.ч. на основе экономической
оценки «экосистемных услуг».
Программы защиты и поддержки открытой и равноправной системы международной
торговли ВТО и защиты окружающей среды и перехода к устойчивому развитию
могут и должны дополнять друг друга. По правилам ВТО никакой стране нельзя
регламентировать национальную политику в области охраны природы и здоровья
населения, если она произвольно или непроизвольно содействует дискриминации
между странами, создает скрытые барьеров для торговли и противоречит условиям
других соглашений ВТО. К сожалению примеров обратных действий, в т.ч. в
отношении России достаточно много. Они приведены нами в брошюре [12].
К сожалению, сотрудничество между ВТО и международными организациями в
области охраны окружающей среды и устойчивого развития. На наш взгляд,
это важно для демократизации самой деятельности ВТО, снятия напряженности
в отношении участия гражданского общества в деятельности международных
(наднациональных) институтов – МВФ, ВБ и ВТО. Вопрос «демократического
соучастия» в принятии решений, влияющих на жизнь планеты – далеко не второстепенный.
За последние несколько лет, только в России, на антиглобалистских лозунгах
сформировалось и укрепилось новое общественное движение - например, «Хранители
радуги», «Автономные действия», «Третий путь», «Скинхеды против нацизма»,
«Что делать, если?..», «Анархив» и др. В отличие от конструктивного экологического
движения у этих организаций стабильные информационные и финансовые спонсоры.
Вступление России в ВТО существенно расширит фронт деятельности этих организаций.
Отсутствие
опыта у России в эффективном использовании «международных экологических
денег» (ГЭФ, ВБ, фонды, программы ООН и пр.) углубит противоречия.
Это также один из выводов нашей статьи, который можно отнести к «экологическим
последствиям» вступления России в ВТО.
Торговля и проблемы охраны природы России в связи с ее вступлением в ВТО
Россия пока еще слабо (неадекватно месту и роли в международной экономике)
интегрирована в международную торговлю и ее вступление в ВТО существенно
расширит сферы рынка и, соответственно, их влияние на состояние ее природы
[11].
Можно определить сферу «экологических последствий», которая затронет Россию
в связи с вступлением в ВТО и решением проблем соотнесения либерализации
торговли и охраны окружающей среды.
1. Взаимосвязь между существующими правилами ВТО и конкретными обязательствами
страны в сферах торговли, которые оговариваются в международных соглашениях
по окружающей среде. Таких международных документов уже около 200 и в более
20 из них содержатся позиции, регламентирующие деятельность ВТО (например,
Конвенция по международной торговле видами дикой фауны и флоры, находящимися
под угрозой исчезновения (СИТЕС), Конвенция о биологическом разнообразии,
Конвенция по защите растений, Китобойная конвенции, Монреальская конвенция,
Базельская конвенция и пр.). Необходимо оценить применимость существующих
правил ВТО для стран-участниц к обязательствам по экологическим конвенциям,
соглашениям и договорам.
2.Вопросы уменьшения и устранение тарифов и нетарифных барьеров для экологических
товаров и услуг, субсидирования рыболовства и других отраслей, связанных
с использованием биоресурсов. Здесь для России важны возможные влияния
либерализации торговли на состояние природных экосистем, которые имеют
интенсивно эксплуатируемые биоресурсы и т.д.
3. Есть группа проблем, имеющих обратное действие и требующих оптимизационных
мер со стороны новых партнеров ВТО, в т.ч. и России. Имеется в виду влияние
национальных экологических программ на рыночную сферу, в т.ч. рассматриваемых
в качестве ограничителя свободной торговли. Именно такие ситуации в ВТО
дали дополнительные аргументы антиглобалистам для выступлений против вступления
России в ВТО. В большинстве случаев устранение или уменьшение ограничений
на торговлю, в т.ч. по экологическим критериям, окажет благотворное влияние
на торговлю, окружающую среду и развитие экономики России.
4. На наш взгляд, существенны в данном контексте условия Соглашения по
торговым аспектам прав на интеллектуальную собственность и традиционные
знания, учет прав и выгод локальных сообществ, требования экологической
маркировки товаров и пр. Все действия по выработке экологических условий
вступления России в ВТО должны соответствовать открытому и недискриминационному
характеру системы международной торговли, учитывать нужды охраны
окружающей среды соседних государств и планеты в целом. Поэтому, особо
в случае с Россией должны оговорены направления международной торговли,
которые касаются использования таких стратегических в мировом масштабе
ресурсов, как лес, ресурсы моря, газ, нефть и т.д. [5,11].
Возможные экологические последствия: потери от несовершенства охраны
интеллектуальной собственности в области использования биоразнообразия
В торговых аспектах прав на интеллектуальную собственность имеется и
контекст охраны природы. Вступление России в ВТО может повлиять на выполнение
обязательств страны по статьям 15 и 16 Конвенции о биологическом разнообразии
(ратифицирована в 1995 г.) и Картахенского протокола (не ратифицирован).
Действительно, в России до сих пор не разработано национальное законодательство
в данной области, а имеющиеся законодательные акты не учитывают проблемы
регулирования доступа к ресурсам биоразнообразия (в т.ч. генетическим,
традиционным знаниям в области использования биоресурсов и пр.) и обеспечения
возможностей для получения выгод. Также не развита система патентования
и защиты прав интеллектуальной собственности, позволяющие учитывать коммерческий
интерес владельцев и пользователей товарами и услугами, предоставляемыми
биоразнообразием. До сих пор отсутствуют административные и политические
меры, механизмы финансирования, определяющие равный доступ к генетическим
ресурсам и справедливое распределение выгод от их использования (коммерческого
и иного применения). Россия делает только первые шаги в отношении выхода
на международный рынок генетических ресурсов и использования полученных
от этого доходов для целей сохранения национального биоразнообразия.
Более 40 стран приняли или разрабатывают в настоящее время законодательные
акты в отношении доступа к генетическим ресурсам. Можно надеяться, что
вступление в ВТО ускорит разработки таких актов и в России. Главным регулирующим
механизмом, как нам видится, в этих документах выступает определение реальной
и потенциальной ценности ресурса, возможность всеми желающими получения
выгод от его использования и справедливое разделение выгод и рисков. Среди
рекомендаций модернизации рыночной сферы страны в связи с вступлением России
в ВТО можно рекомендовать устранение различий в национальном законодательстве
о
правах интеллектуальной собственности, о доступе к генетическим ресурсам
и о совместном использовании выгод.
ВТО интересуют в основном коммерческие стороны прав интеллектуальной собственности.
Поэтому для России, чтобы подготовиться к возможному оживлению открытого
(не «черного», как это наблюдается сейчас) рынка биоресурсов и генетических
ресурсов, важно создать платформу для торговли правами, патентами, разными
формами интеллектуальной собственности без ущерба биоразнообразию страны
и хранителям традиционных знаний. Собственно научные, учебные и другие
некоммерческие цели могут обойтись без жесткой регламентации пользования.
В некоторых случаях достаточно обычного права и лицензирования результатов
исследований. Копирайт возможен и для владельца и для исследователей, получивших
результат, а также для пользователя, которому в обычном порядке переуступлены
права. Совместные исследования, повышение квалификации, передача технологий
в данном случае рассматривается как неденежная выгода, которую часто получает
страна-владелица ресурсов.
Модель предупреждения возможных экологических последствий вступления России
с ВТО: действие запрета на использование ногозахватывающих капканов
В 1991 г. в Брюсселе Советом ЕС был принят "Запрет на использование
ногозахватывающих капканов и ввоз в страны Сообщества шкур и готовых изделий
из определенных видов диких животных из стран, в которых производится
их отлов с помощью ногозахватывающих и других видов капканов, которые
не отвечают международным стандартам гуманного отлова". Введение в
действие этого Регламента Совета ЕЭС предусматривало установление с 1995
г. запрета на ввоз в Сообщество шкур животных, а также других товаров,
включающих в себя шкуры животных. Учитывая отсутствие международных стандартов
на гуманные орудия лова животных, по предложению России, Канады
и США постановление ЕС не вводилось в действие.
Правительством Российской Федерации принято постановление от
26 февраля 1998 г. N 253 "О заключении Правительством Российской
Федерации с Европейским Сообществом и Правительством Канады
Соглашения о международных стандартах на гуманный отлов диких животных"
(далее Соглашение), на основании которого МИДом России 22 апреля
1998 г. было подписано указанное Соглашение с соответствующими заявлениями.
Основная цель Соглашения - сохранение Россией традиционного европейского
рынка пушнины, для обеспечения занятости и поддержания жизненного уровня
населения промысловых районов Севера, Сибири и Дальнего Востока. При
введении эмбарго существенный экономический ущерб для России
может быть нанесен из-за потери европейского рынка
соболя, как традиционного и монопольного вида российского экспорта. В первую
очередь, пострадает коренное население Севера и Дальнего Востока,
существующее в основном за счет пушного промысла. Около 30%
трудоспособного населения в этих регионах - безработные и не имеют иных
средств существования, кроме доходов от пушного промысла и рыбной ловли.
Для переговорного процесса и формирования условий вступления России в ВТО
требуется рассмотрение «модельных сценариев», позволяющих прогнозировать
как позитивные, так и негативные последствия этого международного акта.
На наш взгляд, в отношении возможных экологических последствий наиболее
показателен пример с требованиями гуманизации пушного промысла.
С 31 марта 1998 г. ЕС ввел полный или частичный запрет на ввоз мехов,
добытых с помощью ногозахватывающих капканов. В Приложении к этому
документу перечисляются 13 видов животных, подпадающих под торговые санкции:
соболь, горностай, выдра, енот, волк, ондатра и т.д. (большинство из них
важные объекты пушного промысла в России). Однако санкции не применялись
из-за давления "пушного лобби" и из-за несходства мнений внутри самого
ЕС.
Группа европейских стран (Англия, Австрия, Швеция) требовали жестких решений:
полного запрета на торговлю мехами, добытыми с помощью ногозахватывающих
капканов. Они получили поддержку и от Комитета ЕС по окружающей среде.
С другой стороны, Главный торговый представитель ЕС Леон Бриттен и его
сторонники заняли позицию возможного достижения компромиссных соглашений
с основными поставщиками пушнины – США, Канадой и Россией. Для снятия напряженности
предложено ввести разграничительную маркировку для шкур зверей, добытых
в дикой природе и выращенных в питомниках, а также не распространять запрет
на пушнину, добываемую "более гуманными", быстро убивающими капканами.
Россия должна определиться с гуманизацией пушного промысла до вступления
в ВТО, чтобы снизить негативные последствия от введения санкций.
На наш взгляд, сложившаяся ситуация моделирует «торговую войну» и использование
в ней экологических факторов, а также инерционность пушной отрасли России
и ее неспособность учитывать конъюнктуру мирового рынка. В то же время,
недоучет интересов коренных народов Севера, чье хозяйство основано на традиционном
пушном промысле, уже стал причиной острого кризиса в местах их компактного
проживания.
Россия по официальным данным, экспортировала меха в последние годы перед
кризисом на сумму около 24 млн. долларов. Ее убытки от введения санкций
могут составить более 20 млн. долларов ежегодно, в том числе по соболю
- основному экспортному виду в размере 14 млн. долларов США, что негативно
отразиться на жизненном уровне населения, существование и доходы
которого полностью или частично основаны на традиционных промыслах, включая
охоту, рыболовство и собирательство. Если к этому добавить требования движений
«против натуральных мехов» и «против жестокого обращения с животными»,
которые существенно увеличили рынок «роскоши» (бриллиантов, золота и пр.),
то мы имеем компанию, развивающуюся по сюжету «торговой войны», где пострадавшая
сторона - Россия и ее промысловое хозяйство.
Запрет ногозахватывающих капканов на всей территории Российской
Федерации может быть введен по согласованию с субъектами
Российской Федерации после налаживания выпуска новых типов капканов, что
предусмотрено статьей 40 Федерального закона "О животном мире". В период
с 1992 по 1999 гг. в России были разработаны и апробированы альтернативные
ногозахватывающим капканам ловушки, но осуществить их внедрение в короткий
срок крайне затруднительно.
По условиям Соглашения реорганизация
пушного промысла должна быть завершена в течение 8 лет после вступления
его в силу. По экспертной оценке за указанный
период необходимо изготовить около 3-5 млн. штук новых капканов, а инвестиции
в производство должны составить около 2 млн. долларов США в год, которые
могут быть компенсированы за счет продолжения торговли мехом и меховыми
изделиями на международном пушном рынке и от реализации новых ловуше