Тату машинка

Большой выбор кроватей Татами! Цены всех магазинов в одном месте

tattoosklad.ru

квесты в реальности

questcompass.ru

За малые деньги скважина на участке для вас совсем недорого.
             Электронный журнал BioDat

МЕТОДЫ РАСЧЕТА ЭФФЕКТИВНОСТИ ПРИРОДООХРАННЫХ ИНВЕСТИЦИЙ

 А.А. Котко
ВИНИТИ РАН
статья опубликована в журнале "Известия РАН. Серия географическая", N4 за 2005год

                Рассматриваются аспекты расчета эффективности инвестиций в охрану природы: полный и точный учет продукции и услуг природных экосистем, учет роста их относительной ценности с течением времени. Обосновывается, существование естественной ставки дисконтирования, отличной как от индустриальной ставки дисконтирования для обычных материальных ценностей, так и от финансовой ставки для денежных активов, подверженных инфляции. Поднимается вопрос об узаконении выплат на уровне заслуженной прибыльности за сохранение и улучшение функционирования экосистем. Ставится вопрос о необходимости, с учетом существования различных ставок дисконтирования, получения компенсирующих платежей либо проведения конкретных мероприятий, полностью покрывающих потери экосистемной продукции и услуг, при осуществлении инвестиционных проектов, нарушающих сохранность естественных экосистем.

                Введение. Для бюджета Российской Федерации последних лет характерна неуклонная тенденция снижения доли расходов на охрану природы. В этом отношении 2004 год поставил своеобразный «рекорд» – 0,15% от общих расходов, что почти в 3 раза ниже, чем 5 лет назад. Более того, источник [3] показывает пример случая, когда запланированная по региону цифра расходов бюджета в целом не набирается в результате суммирования по планам конкретных ведомств, ответственных за реализацию бюджетных мероприятий. Для большинства развитых стран характерны цифры, превышающие 1%, и тенденция роста этого показателя. Причиной снижения финансирования охраны природы является, с одной стороны – низкая эффективность использования и контроля целевого расходования ранее выделявшихся государственных средств, с другой, как это ни парадоксально, невозможность эффективности природоохранных мероприятий при явном недостатке финансирования. Весомым фактором является также отсутствие адекватных действующих методик оценки полных выгод от охраны природных экосистем либо от восстановления и улучшения функционирования экосистем и сельскохозяйственных угодий (например, санитарные рубки в лесном хозяйстве, биологические методы борьбы с вредителями леса, посадка и поддержка лесополос). Следует также упомянуть неконкретность представлений значительной части общества и органов государственного управления о природе как важнейшей составляющей общественного богатства.
                Целью данной работы является анализ некоторых аспектов методологии оценки экономической эффективности для природоохранных проектов с учетом прямых и косвенных выгод.
                Узловым рассмотрением здесь является обоснование роста относительной ценности природных благ, в частности, продукции и услуг естественных экосистем как благ, ограниченных в возможностях воспроизводства. Следствием становится выносимое на рассмотрение положение о необходимости множественных ставок дисконтирования при оценке эффективности инвестиций в охрану природы. Потребление многих составляющих общей ценности природных благ имеет общественный характер. В соответствие с этим встает вопрос об экономической справедливости относительно взаимоотношений общества с лицами и организациями, осуществляющими охрану природы, а также владельцев земель, занимаемых природными объектами и экосистемами, с инвесторами проектов, ухудшающих экологическую ситуацию в регионе. Внедрение множественных  ставок дисконтирования позволяет совершенствовать методологию исчисления соответствующих выплат тем, кто охраняет природу.
                Есть надежда, что данная статья поможет специалистам, заинтересованным в охране биологического разнообразия и природных экосистем, глубже познакомиться с экономическими категориями и характерными особенностями, связанными с экономикой природных объектов, и послужит тем самым их лучшей вооружённости на поле экономической охраны природы.
                По сравнению с нашей предыдущей работой [5] в данную статью включено обоснование степени роста относительной ценности для конкурентно потребляемых благ и внесены некоторые изменения в способы изложения конкретных вопросов.

               Проблема дисконтирования для природоохранных проектов. При экономической оценке инвестиционных проектов по сохранению экосистем, биоразнообразия и по охране окружающей среды важнейшим этапом является учёт влияния их реализации на функционирование, а, следовательно, и продуктивность природных экосистем. О важности этого говорит, например, двукратное (согласно [10]) превышение ценности ежегодной продукции естественных экосистем над валовым мировым продуктом. По аналогичным расчетам И.П. Глазыриной для Читинской области России [1] превышение продукции и услуг экосистем над валовым региональным продуктом вырастает уже с 2- до 30-кратного.
                В статье А. Балмфорда с сотрудниками [9] дается экономическое обобщение попыток альтернативного, для получения продукции антропогенного происхождения, использования площадей естественных экосистем. Оценивается величина NPV (net present value), дисконтированного чистого эффекта при рассмотрении примеров реальных лесозаготовок в сравнении с оптимальными в тропических лесах Малайзии, организации мелких фермерских хозяйств либо плантаций масличной пальмы и каучуковых деревьев в лесах Камеруна, организации креветочных плантаций на месте мангровых зарослей в Таиланде, ведения интенсивного фермерского хозяйства на площадях естественного заболачивания в Канаде, а также рыболовства в зоне коралловых рифов на Филиппинах. Во всех перечисленных конкретных ситуациях попытки интенсивной трансформации естественных экосистем дают проигрыш в получаемой общей ценности, а для Камеруна наличие отрицательных косвенных эффектов вследствие организации плантаций в лесной зоне приводит к отрицательной общей ценности соответствующих проектов самих по себе.
                Существует, как минимум, три характерных особенности формирования продукции природных экосистем. Во-первых, многие из её составляющих до сих пор не имеют полноценных заменителей среди производимого технологиями антропогенного происхождения. Во-вторых, по сравнению с антропогенными, природные «технологии» носят гораздо более консервативный характер, если и претерпевая изменения, то на протяжении геологических эпох, а не человеческих поколений. Следствием этого является простое, а не расширенное «воспроизводство» (возобновляемость) природных благ, которое, в конечном итоге, естественным образом ограничивается общим потоком поступающей на Землю солнечной энергии. В-третьих, подавляющая часть продукции экосистем представляет собой общественные, т.е. неисключительные, а зачастую и неконкурентные блага. Иначе говоря, в отличие от случая «обычной», лично потребляемой продукции, от возможности потребления продукции и функций экосистем трудно кого-либо отключить, не неся при этом дополнительных затрат, зачастую довольно существенных (свойство неисключительности). С другой стороны, потребление кем-либо, например, эстетичности видов горных вершин или величественности вида звёздного неба никак не влияет или влияет пренебрежимо мало на способность других людей делать то же самое (свойство неконкурентности). Первые два из названных трех качеств позволяют обосновать существование специфической естественной ставки дисконтирования для природных благ, отличной как от индустриальной, определяемой предельной производительностью промышленного капитала, так и от финансовой, применимой к денежным активам и учитывающей инфляцию. Третье является важным при рассмотрении вопросов о вознаграждении за природоохранную деятельность и о взаимоотношениях с проектами, нарушающими сохранность природных экосистем.
                Попытка свести весь анализ экономической эффективности от реализации природоохранных проектов к единой ставке дисконтирования «естественным» образом приводит к желанию использовать низкую и даже нулевую его ставку. Это уменьшает риск быстрого и необратимого расходования невосполнимых, полувосполнимых и восполнимых, но имеющих ограниченные возможности воспроизводства, природных ресурсов и функций. Но, с другой стороны, введение единой, общей для всех благ, затрат и выгод низкой ставки дисконтирования нарушает два существенных условия. Во-первых, для «обычного» блага, для которого не видится угрозы ни потери возобновляемости, ни невозможности замещения, человек, скорее всего, предпочтёт иметь некоторое его количество уже сегодня, а не когда-то в неопределённом будущем. Во-вторых, когда ставка дисконтирования делается принудительно низкой, недооценивается возможность реинвестирования финансовых средств, которые могут быть получены от проектов с быстрой отдачей. В силу этих причин применение единой низкой ставки дисконтирования приведет скорее к потерям, чем к выигрышу в приросте общественного благосостояния в долгосрочном периоде [2].
                В преодоление этого противоречия в работе А. Ханта [7] применение двух различных ставок дисконтирования обосновывается наличием дисконтирования двух различных типов. Согласно этому подходу, существует социальная ставка дисконтирования, обусловленная человеческим нетерпением или «чистым предпочтением во времени» и экономическая, в основе которой «предельная производительность или альтернативные затраты на капитал». При этом оценка социальной ставки дисконтирования, применяемой к результату воздействий на окружающую среду, осуществляется по формуле

 ,                            (1)

где z – ставка чистого предпочтения во времени, g – «ставка реального прироста на душу населения», а n – эластичность предельной полезности потребления (коэффициент уменьшения дополнительной полезности при росте потребления на один процент). Применение формулы (1) носит у Ханта характер скорее декларативно-предписывающий, а ссылок на работы с более детальным её обоснованием не даётся.
                Попробуем частично восполнить этот пробел.

                Используемая терминология. В настоящей работе различаются понятия стоимости, цены, издержек потребителя и ценности. Под стоимостью нами понимается сумма издержек, связанных с процессом производства какого-либо блага, материального либо услуги, а также трансакционных издержек производителя либо продавца. Цена всегда определяется в сделке – это назначаемый продавцом и исполняемый покупателем при совершении сделки купли-продажи эквивалент блага в товаре-соизмерителе (чаще всего – в деньгах). Реально уровень цены определяется либо различными разновидностями рынка, либо диктуется (в более мягком случае – на него оказывают влияние) неэкономическими факторами, например, вмешательством государства либо иных принудительных образований. Издержки потребителя помимо цены включают в себя также трансакционные издержки (затраты времени, сил и прочих резервов) потребителя, связанные с приобретением и потреблением товара или услуги. Ценность – собственно то, что обеспечивает полезность либо желанность блага для человека, она определяется способностью удовлетворять те или иные человеческие потребности и помимо количественной, денежной меры, имеет относительную, порядковую меру, определяемую предпочтительностью относительно прочих благ в ситуациях выбора.
                На наш  взгляд, при оценке эффективности природоохранных инвестиционных проектов на этапах их обоснования, реализации и подведения итогов, следует стремиться к наиболее точному отражению именно ценности получаемых либо улучшаемых/сохраняемых при этом продукции и функций охраняемых экосистем. Продукция и функции экосистем по своей значимости (ценности) являются здесь аналогами товаров и услуг, производимых людьми в «традиционной» экономике.

Рост относительной ценности экосистемных функций с течением времени.


Рис. 1. Карта кривых безразличия, бюджетные ограничения и траектория выбора потребителя относительно поездок на природу в сравнении с потреблением прочих благ.

                Рассмотрим систему предпочтений некоторого конкретного потребителя относительно выбора между двумя различными благами, выраженную с помощью карты кривых безразличия (рис.1). Каждая кривая задает некоторый фиксированный уровень суммарной удовлетворенности от одновременного потребления двух благ. Любая из точек какой-либо фиксированной кривой равнопредпочтительна для индивида, а реальный выбор будет определяться одновременным стремлением к минимизации затрат. В нашем рассмотрении считается, что единым измерителем затрат различного рода: финансовых, временных, физических, «моральных» и, возможно, прочих, – выступают деньги. На рис. 1 выбор индивида осуществляется между поездками на природу в течение какого-то промежутка времени, например, месяца, и уровнем потребления прочих благ. В качестве предполагаемых упрощений считается, что суммарные затраты по осуществлению поездок на природу прямо пропорциональны их количеству, а потребление прочих благ впрямую измеряется денежным эквивалентом связанных с этим затрат. Нисходящие наклонные прямые отображают бюджетные ограничения при различных уровнях уровня потребления («бюджета»). Точки касания этих прямых кривым максимально доступных уровней полезности представляют собой реальные выборы при различных уровнях бюджета. Связывает эти точки траектория выбора потребителя, на нашем графике представленная восходящей наклонной прямой (в общем случае траектория выбора может быть линией более сложной конфигурации). Крутизна наклона кривой безразличия в любой её точке характеризует относительную ценность рассматриваемых благ. В нашем случае – чем круче обратный наклон кривой, тем более ценным для индивида является потребление дополнительного количества прочих благ по сравнению с дополнительными поездками на природу. Обратная крутизна кривой безразличия показывает предельную относительную ценность блага, отображаемого по горизонтальной оси по сравнению с благом, отображаемым по оси вертикальной.
                Заметим теперь, что максимальное число поездок на природу в течение месяца имеет естественное ограничение, например, числом дней в месяце либо числом уикендов. Траектория выбора потребителя преобразуется к виду, представленному на рис. 2.


Рис. 2. Карта кривых безразличия и траектория выбора потребителя при существовании ограничений на потребление одного из благ (случай гомотетичной функции полезности)

                Пока бюджет потребителя не достигает критического значения, при котором он, осуществляя распределение потребительских издержек и максимизируя общую полезность, достигнет максимально возможного потребления ограниченного блага, точка выбора потребителя движется по участку OAкр. траектории выбора. При этом относительная ценность потребляемых благ в точке выбора определяется соотношением затрат, связанных с потреблением каждого из благ (в идеальном случае отсутствия временных, «моральных» и прочих трансакционных издержек – соотношением их цен). Далее, при превышении критического уровня бюджета, траектория выбора потребителя вынужденно идет вдоль горизонтального участка Aкр.A+, а ценность ограниченного блага в точке выбора относительно блага неограниченного, определяемая величиной, обратной тангенсу угла наклона пересекаемой кривой безразличия, начинает расти.

                Оценка значимости эффекта для одиночного потребителя. Оценим величину эффекта для теоретического случая, когда функция полезности потребителя задается функцией Кобба-Дугласа:

U = K La Hb,
где K – безразмерный постоянный коэффициент; L – потребление ограниченного блага; H – потребление неограниченного блага; a и b – степенные показатели, большие нуля.
                Предполагая отношение стоимостей потребления (цен – для случая нулевых трансакционных издержек) равным p, получим оптимизационную задачу
.
                Пока бюджет не больше критического  , решением задачи будет  . Предельная относительная ценность ограниченного блага в точке оптимума   будет равна p – т.е. отношению издержек потребления.

                Пусть теперь B>Bкр.. Тогда

L=Lmax,
 ,
                 (2).
                Замечая, что  , где  – превышение бюджета над критическим, трансформируем формулу (2) к виду
.
                Прибавка относительной ценности для индивидуального потребителя прямо пропорциональна прибавке бюджета.

                Выраженность эффекта для общества в целом. Следующим шагом следует оценить эффект увеличения полной (общественной) ценности блага, ограниченного в возможностях воспроизводства, в зависимости от роста общественного потребительского «бюджета», который может быть оценен по общему объёму потребления традиционной конечной экономической продукции. В работе [4] даётся обоснование роста относительной общественной ценности блага, ограниченного в возможностях воспроизводства на основании общественной кривой безразличия, имеющей экономический смысл для неконкурентных благ. При предположении темпа роста ВНП равным y, а нормы общественного потребления постоянной во времени можно получить тенденцию роста ценности неконкурентного блага, ограниченного в возможностях воспроизводства вида

  ,
где t – количество лет со стартового момента наблюдения. Фактически, в предположении общественной функции полезности Кобба-Дугласа, это говорит о различии на множитель (1+y) нормы дисконтирования для благ, ограниченных в возможностях воспроизводства (к которым, в частности, и относятся экосервисы) и для благ обычных.
                Для конкурентных неисключительных благ воспользуемся универсальной формулой для предельной ценности при предположительном смещении от точки выбора по кривой безразличия
  Дифференциал общей ценности / Дифференциал общего количества  (3).
                Общий дифференциал ценности равен
 ,
где j – индекс суммирования, dKj – индивидуальный дифференциал добычи/потребления конкурентного блага j-м членом общины, ij – его индивидуальная интенсивность добычи/потребления.
                Общий дифференциал количества
 .
                Сокращая dt в числителе и знаменателе отношения (3), получаем
 ,
где MVj   индивидуальная предельная ценность блага, ограниченного в возможностях воспроизводства для j-го члена потребительского сообщества.
                Предполагая дальнейшее упрощение в виде равенства индивидуальных интенсивностей добычи/потребления ij=i(K), получим
 .  (4)
                Доля каждого члена потребительского сообщества при этом равна K/N, где K – стабильный «урожай» блага, ограниченного в возможностях воспроизводства, N – количество членов сообщества (население).
                Тогда, при положительном темпе прироста населения, с течением времени доля каждого члена сообщества падает
 ,
            где v – темп прироста населения. Пусть его потребительский бюджет с течением времени растёт как
 ,
где y – темп прироста ВНП, а функция полезности является функцией Кобба-Дугласа
.
            В момент времени предельная полезность ограниченного блага для j-го члена сообщества будет равна
 ,
а поскольку количество членов суммы (4) растёт пропорционально  , то при достаточно естественном дополнительном предположении равенства средних значений предельной полезности по сохранившимся, выбывшим и новым членам сообщества общая предельная полезность вновь будет удовлетворять условию  .
                Важно заметить, что природоохранные проекты не столько создают экосистемные продукцию и услуги, сколько поддерживают и улучшают их воспроизводство. Именно поэтому становится правомерным рассмотрение именно предельных, а не средних значений ценности этих функций относительно «обычных» благ.

                Третья ставка дисконтирования - финансовая. Отметим влияние на реальную оценку эффективности природоохранных проектов немаловажного в наше время фактора – инфляции. Так, уже при довольно скромном темпе инфляции в 4% покупательная способность выплачиваемой сотрудникам зарплаты через 10 лет осуществления проекта сократится в   раза, а при более пока свойственном российской экономике темпе в 15% эффект вырастает до  раза.
                Учет инфляции говорит о фактическом признании того, что денежные средства (их номинал в измерителе - денежных единицах какой-либо страны) растут быстрее «обычных материальных», т.е. их относительная ценность с течением времени падает. Имеющая при этом фактическое место финансовая ставка дисконтирования выше ставки дисконтирования для материальных активов в натуральном исчислении.

                Пример расчета. Приведём заключительную таблицу иллюстративного примера расчетов, учитывающего эффекты инфляции и увеличения относительной ценности экосистемных продукции и услуг. Набор исходных показателей заимствован из работы [6], где в качестве одного из примеров рассматриваются варианты организации национального парка в Камеруне. Подробное изложение обоснования расчетов можно найти в наших работах  [4] и [5].

Таблица 1. Расчёт эффективности проекта организации Национального парка "Зеленая Гора". (Цифры затрат и доходов по годам - номинальные, в тыс. долларов США)

Показатели проектаГоды реализации проекта
 012345678910
d. Коэффициент дисконтирования1,0001,0801,1661,2601,3601,4691,5871,7141,8511,9992,159
i. Коэффициент инфляции1,0001,0401,0821,1251,1701,2171,2651,3161,3691,4231,480
m. Коэффициент роста относительной ценности по темпу роста валового мирового продукта1,0001,0701,1451,2251,3111,4031,5011,6061,7181,8381,967
v. Коэффициент роста относительной ценности по темпу роста валового национального продукта1,0001,0601,1241,1911,2621,3381,4191,5041,5941,6891,791
1. Затраты всего =[5; Табл2.1 - кроме колонки 10]  1465136010155425645866106346603206
2. Прямые доходы (всего по годам, без учёта роста относительной ценности ограниченных благ) =[5; 2.13 - кроме колонки 0]1167130284405466491511531553575598
3. Переоценка планируемых доходов от туризма =[5;2.15]*(m)    146224286328365406452503560
4. Прирост дохода после переоценки =(3)-[5;2.15]    19416894122153189229275
5. Модифицированное значение прямых доходов (после учёта роста относительной ценности ограниченных благ) =(2)+(4)1167130302446534586633685742804873
6. Доходы от косвенных услуг с учётом увеличения их относительной ценности (всего по годам) =(7)+(8)+(9)+(10), в т.ч.:4395926687418239091005111012271356 
7. Сохранение генофонда эндемичных диких видов =[5;2.22]*(m)139155172192213237264294327364 
8. Сохранение водоразделов для поддержания рыболовства =[5;2.23]*(v)201222245270297328361399439484 
9. Защита от наводнений =[5;2.24]*(11)90199232259288318351386426470 
10. Поддержание плодородия почв =[5;2.25]*(v)8161921232629313538 
11. К расчёту эффекта защищенности от наводнений: уровень совокупного богатства населения на территории, защищаемой от наводнений, к уровню времени старта проекта1,0001,0601,1241,1911,2771,3701,4521,5391,6321,7301,833
12. Всего доходов (прямые + косвенные) (5)+(6)116756989411141275140815421689185220312229
13. Дисконтированный полный доход по годам =(12)/((d)*(i))1167507709786801788768749731714698
14. Дисконтированные издержки (по годам)=(1)/((d)*(i))130410787163413152922702502321003 
15. Дисконтированный чистый эффект =(13)-(14)1167-798-36970460472476479481482-305
16. Нарастание NPV (по годам)1167369070530100214781957243829202615
17. NPV проекта за 10 лет осуществления (с учётом косвенных выгод)2615При учёте, наряду с инфляционными процессами, возрастания относительной ценности редких благ проект становится устойчиво экономически выгодным, о чём говорит почти семикратный запас по внутренней норме рентабельности в сравнении с заёмным процентом. Возможным становится, в сравнении с данными таблицы 2 (работа [5]), снижение суммы кредита международной организации с 1296 до 1167 тысяч долларов. Индекс рентабельности и коэффициент выгоды/издержки могли бы быть признаны достаточными даже в отраслях традиционной экономической деятельности.
18. Коэффициент выгоды / издержки =(SUM(13))/(SUM(14))1,451
19. Внутренняя норма рентабельности (IRR) проекта (% с учётом косвенных выгод)55,6
20. Индекс рентабельности (PI) проекта =(17)/(сумма кредита)2,24

Примечания. 1. Отсылки для показателей, исходных для расчетов, даются на строки таблицы 2 из работы [5].
2. Значения коэффициентов строки 11 рассчитываются через индекс роста совокупного богатства населения живущего на защищаемой территории с начала года плюс рост, вызванный появлением переселенцев, появление которых планируется на 4-м и 5-м годах осуществления проекта (2,5% от численности населения на начало года, средний индивидуальный уровень богатства переселенцев полагается равным 0,5 от уровня богатства населения, проживающего на территории на начало года и, в течение года прибытия, не растущим). Отсюда совокупное богатство населения территории на конец n-го года  , где   - совокупное богатство конца (n-1)-го года, а  y - эндогенный индекс роста совокупного богатства, полагаемый равным темпу роста валового национального продукта, при этом годовой индекс роста совокупного богатства для 4-го и 5-го годов оказывается равным  .
3. Более подробные комментарии по поводу допущений, сделанных в ходе расчета демонстрационного примера, можно найти в работе [4].

                Необходимость и оптимальный объем трансфертов. Приведенные в Табл. 1 расчеты имеют смысл лишь в случае, если в соответствие с ними национальное правительство и международная организация готовы поддерживать уровень трансфертов хотя бы до уровня безубыточности.
                Настоящей же задачей, по нашему мнению, должно стать поддержание размера трансфертов на уровне заслуженной прибыльности.
                Поскольку продукция экосистем носит в наиболее значительной своей части характер общественно потребляемого блага, адекватная оценка её на обычных экономических рынках весьма сомнительна. Встаёт вопрос о необходимости прямых выплат лицам и организациям, занимающимся охраной природы и улучшением работы естественных экосистем. На наш взгляд, они должны быть максимально приближены к величине положительного эколого-экономического эффекта, т.е. к денежному эквиваленту увеличения запасов и продукции экосистем по сравнению с состоянием в отсутствие оцениваемой природоохранной деятельности. Только тогда можно надеяться на поворот в сознании достаточно широкого общественного класса, при котором природоохранная деятельность будет рассматриваться как специфическая разновидность бизнеса, приносящего достойную прибыльность, а не как нечто, мешающее реальный бизнес осуществлять.
                Сознавая дискуссионность этого положения, мы считаем, что любое приведение формальной общественной ценности деятельности (выраженное в прибыльности, как признании желанности деятельности для общества в целом) к реальной, осознанной и просчитанной (например, группой экспертов по признанной методике), будет идти на пользу как реализации природоохранных проектов, так и сохранению и увеличению общественного богатства в целом, в том числе с учетом создаваемого природой. Мы также готовы выслушать и обсудить все обоснованные доводы против (экономические, психологические, политические, этические).
                В мировой практике есть достаточное число опытов применения прямых выплат за природоохранную деятельность. Подробнее с вопросом можно познакомиться по [2] и [11], на Интернет-странице http://epp.gsu.edu/pferraro/special/conservation.htm и на сайте http://www.biodat.ru.
                Изыскивать средства для таких выплат следует, очевидно, через систему экологического налогообложения при строго целевом расходовании средств. Работа [8] говорит о необходимости создания специальных амортизационных фондов на восстановление природных ресурсов при отнесении отчислений в них на себестоимость продукции.

                Взаимоотношения собственников экосистем с инвестиционными проектами, ухудшающими состояние окружающей среды. Как справедливо указывают многие авторы, например, [1] и [8], при деятельности добывающих отраслей в России возникает своеобразная экологическая рента (в терминах работы [8] - антирента), когда высокие прибыли этих отраслей сопровождаются ухудшением состояния окружающей среды и непропорционально малым ростом доходов местного населения.
                Очевидно, что при осуществлении традиционных инвестиционных проектов необходимо перераспределение прибыли между инвестором или группой инвесторов как владельцем финансового и материального капитала и государством или иным владельцем экологического капитала, уничтожаемого при осуществлении проекта. В [1] в качестве справедливого предлагается распределение прибыли

П=ДГ+ДИ,
где
  – доля владельца ресурсов (государства),  ;
  – доля инвестора (природопользователя),  ;
K – совокупные капиталовложения природопользователя;
NC – общая оценка природного капитала, теряемого вследствие осуществления проекта.
                При этом прибыль, капиталовложения природопользователя и природный капитал предполагается дисконтировать по одной и той же ставке.
                Безусловно, это важный источник средств, взимание которых будет совершенно справедливым. Но мы считаем также, что природный капитал, в силу ограничений производительности природных экосистем и, как следствие, прогнозируемого роста относительной ценности природных благ, должен дисконтироваться по ставке, меньшей, чем ставка дисконтирования производственного капитала. Взаимоотношения собственника природных ресурсов и инвестора, на наш взгляд, должны быть упрощены. Именно, общая сумма возмещений должна быть равна сумме потерь, оцениваемой по формуле
 ,
где L (losses) – общая сумма экологических потерь, связанных с осуществлением проекта.  (S - stocks) – потеря «экологических запасов». Сюда, прежде всего, входят все виды потерь, связанных с единовременной неполной утилизацией ценностей, содержащихся в уничтожаемых природных ресурсах (например, ценность срубленной и неиспользованной древесины). Подразумевается, что при правильной организации хозяйственного процесса и доброй воле сторон эта величина может быть сделана сколь угодно близкой нулю, но в величину   следует также добавить изменения в составляющих полной ценности: ценности отложенной альтернативы, ценности текущего и продолженного существования. Через  (F - flow) обозначено изменение «экологического потока», ежегодная производительность уничтожаемых и уменьшение производительности нарушаемых экосистем. Так, для участка леса в эту величину могут войти ежегодный эквивалент продукции рубок при устойчивом лесопользовании; устойчивые сборы грибов, ягод, орехов, и др.; продукция охоты и ежегодный вылов рыбы из расположенных на изымаемой площади водоемов при условии их устойчивости. Сюда же нужно добавить ежегодно производимую ценность косвенных эффектов – экосистемных услуг (например, связывания углерода, регулирования климата, стока рек, защиты от эрозии  и т.п.). Через h мы обозначаем ставку экологического («социального») дисконтирования, выраженную в долях единицы. Наконец, Ex (externalities) – текущая оценка значимости отрицательных внешних эффектов, связанных с осуществлением проекта. В число таких эффектов могут входить отравляющее загрязнение вод, почв и атмосферы, выбросы газов, увеличивающих парниковый эффект (CO2, CH4 и др.) и т.п. В рамках данной статьи мы позволим себе отказаться от попыток расписать последнее слагаемое более детальным образом.
                Итак, поток возмещений за нарушение и уничтожение естественных экосистем для случая инвестиционных проектов, нарушающих их структуру, функционирование и динамику, должен удовлетворять условию
,
т.е.
 .
                Здесь, в предположении, что все возмещающие платежи имеют денежную форму,   – текущее приведенное значение запланированных возмещающих платежей, L – экологические потери, T – планируемая длительность осуществления производственного проекта, i – номер года осуществления проекта, в конце которого осуществляется платеж  Pi, P0 – стартовый платеж проекта,   – дисконтирующий множитель i-го года,   – финансовая ставка дисконтирования.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Глазырина И.П. Стратегия и механизмы регулирования устойчивого природопользования (на примере Восточной Сибири) // Автореферат на соискание ученой степени доктора экономических наук. М.: МГУ, 2002. 40 с.
2. Диксон Дж. А., Скура Л.Ф., Карпентер Р.А., Шерман П.Б. Экономический анализ воздействия на окружающую среду. // М.: Вита-Пресс, 2000. 270 с.
3. Калайда В.В. Тезисы выступления Калайды В.В. - заместителя Председателя Мурманской областной Думы, председателя комитета по природопользованию и агропромышленному комплексу на тему "Рациональное природопользование - путь к спасению России". // http://www.duma.gov.ru/cnature/parl_conf/seminary/201003/kalaida.htm
4. Котко А.А. Экономические аспекты охраны редких биологических видов // «Экономика природопользования. Обзорная информация ВИНИТИ»: Сб. М.: ВИНИТИ, 1999, №3. С. 55-89. -- http://www.myjavaserver.com/~snakekaa/_private/econ.htm
5. Котко А.А. О необходимости применения раздельных ставок дисконтирования при определении эффективности природоохранных инвестиций» // «Экономика природопользования. Обзорная информация ВИНИТИ»: Сб. М.: ВИНИТИ, 2003, №2. С. 77-94. -- http://www.myjavaserver.com/~snakekaa/_private/plural_discounts.html
6. Соловьёва С.В. Оценка эффективности инвестиций в охраняемые территории // Экономика сохранения биоразнообразия: Сб. под ред. С.Н. Бобылёва, М., 1995. С.102-112.
7. Хант А. Дисконтирование в контексте учета природных ресурсов в Томской области // http://www.kad.yaroslavl.ru/files/html/hunt1.htm
8. Яковец Ю.В. Рента, антирента, квазирента в глобально-цивилизационном измерении. // М.: ИКЦ «Академкнига», 2003. 240 с.
9. Balmford A., Bruner A., Cooper P. et al. Economic Reasons for Conserving Wild Nature // Science. 2002. V. 297. 9 August. P. 950-953
10. Costanza R. et al. // Nature. 1997. №387. P. 253-
11. Ferraro P.J., Kiss A. Direct Payments to Conserve Biodiversity. // Science. Volume 298, Number 5599, Issue of 29 Nov 2002, P. 1718-1719.