По низким ценам антикапчей всем без проблем.
             Электронный журнал BioDat

Природные пожары 2010 года в Европейской России: всегда ли виновата жара?


                По информации МЧС РФ на 1 августа, «природные лесные пожары» в этом году стали причиной гибели уже 28 человек, причем 12 из них стали жертвами огня в Нижегородской области. РИА «Новости» информируют нас о наступлении огненной стихии. Все это напоминает вести с фронта: погибли пять человек в Воронежской области, семеро - в Подмосковье, четверо - в Рязанской области. Всего по официальным данным на территории страны зарегистрирован 61 крупный лесной пожар на общей площади 65 тысяч 177 гектаров (по другим данным – около 120 тыс. га). Только за сутки 30 июля в РФ возникло 787 очагов лесных пожаров, 387 из них удалось потушить, 400 продолжают действовать. Судя по дымке и запаху на восточных окраинах Москвы – горят мещерские торфяники. О 18 горящих торфяниках также сообщает «РИА Новости».

                Во многих периодических изданиях, в ИНТЕРНЕТе, из уст лидеров страны все чаще слышим, что виной уничтожения огнем целых деревень и поселков в жаркое лето 2010 года становятся именно «природные» пожары. Реже, например, в случае с Нижегородской областью – говорят о «лесных» пожарах. В случае с Подмосковьем население пугают «торфяными» пожарами. Хотелось бы внести ясность в ситуацию, сложившуюся на излете июля после почти 40-дневной жаркой погоды в регионах Центра и Поволжья.

                Во-первых, несмотря на действительно аномальные температуры конца июня - начала августа и существенное возрастание риска пожаров, речь может идти преимущественно об антропогенных пожарах – возникших по вине человека. Тем более в Европейской части России, где и леса и степи настолько фрагментированы, нарушены, а плотность населения и транспортной инфраструктуры так высоки, что пропорция: 95% - пожаров от человеческого фактора, а 5% - по природным причинам (сухие грозы и пр.) – здесь и сейчас вполне соблюдается.  Неуклюже повторяя рефреном «природные пожары», «лесные пожары» власть пытается снять ответственность с тех, кто создал и создает условия для возникновения, а главное – распространения огня.
                Во-вторых,  и лес и торфяники в большинстве случаев вторично становятся объектами возгорания. Никто об этом не говорит, но огромные просторы Европейской России (и лесной и степной) в настоящее время заняты травяными залежами, забурьяненными  неиспользуемыми сенокосами и пастбищами, которые вплотную подходят к домам полуразрушенных деревень и поселков. Залежи, сенокосы и пастбища накапливают огромные запасы ветоши, которая  обычно весной и осенью привлекает любителей палов – своего рода «русской рулетки», способной привести к значительным потерям и хозяйства и населения. Это ежегодно демонстрируется весной, когда из-за диких палов горят дачные поселки, деревни и городские окраины. Я видел, что такое степной пожар: скорость огня на просторе такая, что от него ни сам не убежишь, ни скот не отгонишь. Страшно! Огонь на залежах и брошенных кормовых угодьях при шкальном ветре идет стеной в 3-4 метра, выжигая почву на десятки сантиметров и все живое. Как по пороховой дорожке он проникает в населенные пункты, а там … Об этом  прекрасно знали раньше деревенские жители – лес никогда близко не «подпускали» к деревне, первый круг занимали огороды и выгоны, далее шли поля, потом – ближние и дальние сенокосы, а если и случались залежи, то их превращали в сенокосы или пастбища. Использовали и палы как инструмент ухода за аграрным ландшафтом. Знали, что стоит год-два не косить, не выпасать, не пахать и по сухому бурьяну, по старике придет беда – огонь! По отаве огонь к дому не подойдет.
                В-третьих, практически все случаи с возникновением торфяных пожаров – это тоже следствие человеческой бесхозяйственности. Избыточный дренаж, сильная осушка торфяной толщи на бывших фрезерных полях после добычи торфа, отсутствие контроля пожарной безопасности – вот причины возникновения, быстрого развития и сохранения торфяных (как еще их называют «подземных») пожаров. В этом году уровень болотных вод снизился летом на несколько десятков сантиметров и позволил вовлечь в горение ранее обводненные торфяные слоя. Системы искусственного регулирования уровня воды на торфяниках в Подмосковье, Тверской, Рязанской и Владимирской областях  разрушены, что не позволяет оперативно обводнять горящий торфяник. В некоторых районах с этим удачно и не очень удачно справлялись бобры (обводняя участки выше по течению, дренируя болото ниже по течению), но население объявило этим труженикам бой и разрушает их плотины и поселения.
                В-четвертых, как уже не раз комментировалось в СМИ, причина катастрофического развития лесных и торфяных пожаров в Европейской России состоит в реформах лесного хозяйства страны - от ликвидации Федеральной службы лесного хозяйства и Госкомэкологии в 2000 году до введения нового Лесного кодекса, что привело к фактической ликвидации целой отрасли народного хозяйства - лесного хозяйство, государственной лесной охраны и пр. Спилить и продать лес – это не отрасль. Надо его вырастить, сохранить, обеспечить стратегические планы неистощительного устойчивого использования. Эту отрасль по итогам бездумных реформ  угробили, а леса сделали практически бесхозными и беспризорными. Будет звать МЧС, Минобороны, деревенских мужиков… А где сама лесная охрана, лесная пожарная служба? Судя по сюжетам на ТВ  и публикациям в газетах – организовывать тушение лесных пожаров,  проводить профилактику защиты от огня некому. Нет специалистов. Даже такого простого метода, как отжиг, опашка, управляемые палы… Некоторые кадры с мест пожаров просто шокируют – тушение лесного пожара идет по принципу «ветер гонит огонь, а мы следом».
                Думаю, что сейчас для всех стало очевидным, что лесную службу, лесную пожарную охрану, государственный патронаж в лесной хозяйство надо возвращать, а от нерадивых собственников и арендаторов – избавляться.
                В-пятых, вопрос о профилактике, о прогнозах и готовности к развитию катастрофической ситуации  с пожарами – природными, антропогенными, природно-антропогенными. Неважно какими пожарами, главное теми, которые уничтожают леса, степи, луга уносят человеческие жизни, приносят вред хозяйству и населению. Здесь важна борьба с бесхозяйственностью – пока миллионы гектаров бывших сельхозугодий будут в таком сорно-бурьянном и мелколесном состоянии именно староосвоенная, деревенско-дачная полоса вокруг мегаполисов и крупных городов Европейской России будет регулярно становится ареной катастрофических пожаров. К этому следует добавить идиотскую русскую привычку по делу и без дела выжигать траву, что взяли, по-видимому, на вооружение в виде «ухода» за придорожной полосой авто- и железнодорожные службы. Следствие – тысячи гектаров попутно сгорающих ежегодно лесов, уничтожение насаженных в 1930-50-х годах лесозащитных придорожных посадок. За это, кстати, никто не ответил, а речь идет о миллиардных ущербах. В этом году в апреле вместо распашки и сенокошения жгли траву на плодородных землях поймы Оки и в результате в нескольких местах подожгли лес Приокско-Террасного заповедника. Если бы не дожди …
                Нет в стране профилактики, борьбы с последствиями развала сельского и лесного хозяйства, а ситуация с пожарами – только начало. Нужна комплексная программа борьбы с этими  последствиями. Что делать с заброшенными полями, кормовыми угодьями, неохраняемыми лесами, деревнями, поселками, плотинами, дорогами, славками, поломанной техникой? Раз у частника не получается защищать лес от стихийного огня и он не желает тратиться на это (а может он и не хочет?), то  государству надо задуматься и создать соответствующие экономические рычаги или вернуть лес себе.

                И, наконец, в-шестых. Мне очень не нравится, что все время подчеркивается связь происходящего с глобальными изменениями климата, потеплением, аномальной жарой и пр. Как бы снимается ответственность со всех, кто должен отвечать за бездарное управление экономикой страны, за разрушение лесной службы, развал сельского хозяйства, отсутствие самостоятельного министерства охраны живой природы и пр. Пожары, ущербы, человеческие жертвы жаркого лета 2010 года – первый серьезный звонок тем, кто думает «авось пронесет» и продолжают одновременно развивать нанотехнологии и возвращать в село лошадь как основное транспортное и тягловое средство, проводить принудительную деэкологизацию экономики и жизни общества, ориентируясь на экологический контроль добывающих (уж очень богатых!) компаний, далее разваливать сельское и лесное хозяйства, провоцируя разрушение созданного ими в последнее тысячелетие уникального среднерусского аграрного ландшафта  - чередования полей, лугов и лесов, дорог разного назначения, рек, озер. Уходит из ландшафта душа, рукотворность. Поля зарастают бурьяном и мелколесьем. Последствия бесхозности  уже здесь, под окнами наших домов. И вот – очередное неосторожное обращение с огнем и пошла цепная реакция… Ну что? Будем ждать еще большего ущерба, гибели людей и лесов? Или - задумаемся и сделаем соответствующие выводы? Ведь для умного человека не зазорно взять лучшее из прошлого опыта, использовать современные знания и технологии … Но, я думаю вы понимаете, что не для тушения пожаров (дождь пойдет и все забудется), а для победы над безхозяйственностью и непрофессионализмом в управлении. Этого ждут многие… А глобальный климат тут не причем!!

Аркадий Тишков,
доктор географических наук, профессор,
Заслуженный деятель науки РФ,
Почетный работник охраны природы РФ